История

15 июля 1772 года на специально обустроенной арене в Красном Селе прошли первые в России скачки, или «гипподром», как их было принято называть. В то время скачки были не спортивным соревнованием лошадей под управлением жокеев, а серьезным состязанием военных кавалеристов, которые должны были преодолеть ряд препятствий из заборов и валов и прийти к финишу. Лишь в XIX столетии, уже в Царском Селе, рысистые бега станут напоминать современные заезды. О том, как проходили скачки при Екатерине II, – в материале SPB.AIF.RU.

Состязание для кавалеристов

Императрица за время своего правления издала ряд указов об усилении российской армии и улучшении условий для военных. Так, зная о том, что территории казарм очень мало для того, чтобы кавалеристы смогли оттачивать свое мастерство, императрица повелела «соорудить скачки», или «гипподром», в Красном Селе. По задумке Екатерины II, на новой площадке военные кавалеристы должны были не просто тренироваться, а состязаться между собой в умениях.

В 60-е годы XVIII века началось строительство. Рабочие соорудили большую беговую дорогу эллиптической формы длиной в четыре версты. Недалеко от нее возвели конюшни для лошадей, а на финише – деревянную беседку императрицы, украшенную резными колоннами и витыми арками. По бокам от царского места находились галереи, откуда за скачками могли наблюдать придворные и люди, приближенные к императрице. Сидений для обычного населения не было: народ располагался прямо на пригорках вокруг беговой дороги. На постройку «гипподрома» ушло несколько лет.

Полоса препятствий в четыре версты

15 июля 1772 года в Красном Селе состоялись самые первые в России скачки. Соревнования были поделены на три части. К самому сложному, четырехверстному состязанию, допускались кавалеристы: адъютанты и строевые офицеры гвардейской и армейской кавалерии, конной артиллерии и казачьих войск на лошадях любых российских пород. Участникам скачек необходимо было преодолеть огромную полосу препятствий: реку Дудергофку, водяной и сухой ров, дощатый забор, живую изгородь, вал и многое другое. Во втором заезде на три версты участвовали строевые офицеры кавалерии и артиллерии на лошадях не старше восьми лет. Они проходили те же самые препятствия, только в меньшем количестве. Наконец, к третьей части скачек допускались все желающие офицеры. Они должны были продемонстрировать свое мастерство на ровной поверхности длиной в две мили.

Офицеры прибыли в Красное Село заранее, чтобы проверяющие осмотрели их лошадь и взвесили участника. Скачки начинались по сигналу колокола. По воспоминаниям современников, азарт и желание победить у наездников были настолько велики, что во время первой скачки произошло сразу несколько несчастных случаев, в ходе которых участники заездов погибли. Те, кто не получил травм и пришел к финишу, разделили между собой денежные призы. Победителю скачки досталось 3 тысячи рублей. Кроме того, каждому призеру «гипподрома» императрица лично вручила украшение – брошь, булавку или перстень.

Первую ставку сделала Мария Федоровна

Как отмечается в документах, в XVIII веке скачки были не очень зрелищным действием, хотя императрица очень увлекалась ими и не пропускала ни одного заезда. Соревнования продолжали заканчиваться трагично для многих участников, и после смерти Екатерины II соревнования офицеров постепенно сошли на «нет». Тем не менее сама идея проведения подобных состязаний нравилась народу, и в 1845 году заезды возобновились, только теперь их правила были совершенно другими. Скачки проходили на ипподроме в Царском Селе. К участию в них допускались не только военные, а все желающие жители города. Теперь полоса препятствий была гораздо проще: заборы стали ниже, а рвы – не такими крутыми, что позволило избежать массового травмирования наездников.

Пик популярности скачек пришелся на конец XIX века, когда на петербургских соревнованиях появился тотализатор, и население начало делать ставки на лошадей. От этого процесс наблюдения за состязаниями стал еще более увлекательным и интересным. Известно, что первый билет в тотализатор приобрела императрица Мария Федоровна, жена Александра III.

С приходом к власти большевиков скачки в Петербурге прекратились. К сожалению, с тех времен в городе не сохранилось ни одного ипподрома, однако и по сей день о конных состязаниях петербуржцам напоминает платформа с названием «Скачки», которая располагается между Гореловым и Красным Селом.

«Петергофский и известный Царскосельский гипподромы рознятся между собой, помимо внешних признаков и мест нахождения, главным образом, целью спорта. Первый имеет своею задачей развитие наездничества ваших конных сил, и имеет характер исключительно военный, второй - поощрение, вообще, конно-заводской промышленности государств, и если главнейшее место и здесь занимает военный элемент, то это уже - дело случайности, так как наше отечественное коннозаводство тесно сближено с военным делом. 

Красиво обрамленное зеленью и миловидными дачами, петергофское скаковое поле представляет живую и пеструю картину в дни скачек. Удобно устроенные трибуны переполняются зрителями, всегда интересующимися спортом этого рода.

Здесь скачут на фронтовых конях и офицеры, и нижние чины, преодолевая массами и в одиночку весьма серьезные препятствия. Здесь же устраивается и, в высшей степени оригинальная, игра «поло», нечто в роде конного крокета, главнейшие моменты которой изображены на нашем рисунке. Задача «поло» заключается в следующим: игроки, разделенные на две равные партии, отличающиеся одна от другой цветами шарфов - синим и красным; на поле обозначены соответствующие этим цветам ворота; партии выстраиваются в далеком расстоянии от этих ворот, и судья бросает посередине шар и дает сигнал к началу игры. По звуку трубы, обе партии, в карьере, несутся к шару и задача состоит в том - кто успеет скорее, ударами молотков, прогнать этот шар в ворота противника. Само собою разумеется, что подобная схватка лихих наездников, не безопасная не только для здоровья, но и для жизни - захватывает дух у зрителей, возбуждая лихорадочный интерес и бесчисленные пари, доходящие до некоторой степени страстности.

Петергофские скачки нынешнего сезона, на которых, в первый раз, и вошла в употребление игра «поло» - были особенно интересны и привлекали на трибуны весь бомонд Петербурга. Члены Императорского Семейства являлись постоянно посетителями Императорского павильона и несколько раз Его Величество лично осчастливливали гипподром своим посещением, делая этим из петергофских скачек - положительно полный жизни и веселья - военный праздник».

Журнал «НИВА», 1884 год.

Николай II – единственный российский самодержец, который любил и очень активно занимался спортом. Это следует из записей в его дневнике, воспоминаний современников и фотоархива. Император был прекрасным наездником, любил кататься на байдарке и велосипеде, играл в бадминтон и много ходил пешком.




В его личных апартаментах всегда имелся турник. Его видно, например, на одной из фотографий Александровского дворца. Сестра императора Ольга Александровна пишет о том что однажды, зайдя к старшему брату, она с удивлением увидела его висящим вверх ногами на турнике. Императору был тогда 41 год.
Регулярные занятия спортом позволяли Николаю II поддерживать прекрасную физическую форму. В середине 1890-х годов во время поездки в Англию Николай II познакомился с новым для себя видом спорта- лаун-теннисом. Уже летом 1896 года он стал активно практиковать эту игру ив парке Александрия в Петергофе был построен первый теннисный корт, впоследствии они появились также в Царском Селе, Ливадии и Спале. Партнерами Николая II, как правило, были офицеры подразделений охраны или офицеры императорской яхты «Штандарт».



Иногда он играл с родственниками, молодыми великими князьями. Постепенно круг теннисных партнеров царя расширялся. Как обычно бывает в России, царское увлечение немедленно превратилось в увлечение ближайшего окружения. К офицерам «Штандарта» присоединились фрейлины. Неплохо в теннис играла фрейлина Анастасия Гендрикова. Даже весьма полная Анна Вырубова разделила царское увлечение. Когда подросли дочери, они также вышли на теннисный корт. А вот императрица Александра Федоровна из-за больных ног играла в теннис единственный раз 29 июня 1896 года.